На стрим-платформе IVI 25 марта вышла мелодрама француженки Эмманюэль Берко «De son vivant», которую у нас назвали «После меня». Ее нужно смотреть уже из-за выдающейся работы Бенуа Мажимеля — он играет молодого, сильного и талантливого актера, которого уже давно подтачивает неизлечимая болезнь, и дни его сочтены.
Фильм стоит в том же ряду, что картина Франсуа Озона "Все прошло хорошо", — он о человеке перед неизбежным уходом. Но наблюдаешь не за изысканной режиссурой и не за умелым монтажом — картина просто и бесхитростно переворачивает душу, что в кино случается все реже. Герой Бенуа Мажимеля Бенжамин преподает в Консерватории актерское мастерство, но в 39 лет должен уйти из жизни — у него рак поджелудочной железы в неоперабельной стадии. Зная отмеренный ему срок — от полугода до года — и вороша прошлое, он казнится, что так много зла причинил близким (бросил жену и никогда не видел выросшего в безотцовщине сына) и никого не сделал счастливым. Это, конечно, не совсем так (студенты его обожают), но кошки на душе скребут у каждого.
Для Бенуа Мажимеля это, возможно, лучшая работа в его пестрой карьере: актер передает не только быстрое физическое увядание молодого человека — его невидящие глаза обращены уже не к этому миру, но и неподъемную душевную работу, которую ему приходится осуществлять на пороге вечности. В этом главный посыл картины и ее, если хотите, утешительный смысл в обстоятельствах, когда утешения быть не может.
Портрет доктора Эдди был написан с реального нью-йоркского онколога, ливанца по происхождению Габриэля Сара. Так как сценарий Марсии Романо стал своего рода художественной документацией его метода общения с обреченными пациентами — этой скорбной, но гуманной миссии, то в конце концов его попросили сыграть в фильме самого себя. И правильно сделали: эманация мудрого спокойствия, характерная для хороших врачей, не подвластна никакому актеру. Отношения докторов и их подопечных — самое волнующее в фильме: он о том, как излучаемая людьми любовь способна и на краю жизни умиротворить, примирить человека с собой и помочь обрести покой. Вероятно, здесь много идеализации, и эта мелодрама показывает, как быть должно, хотя за образец берет все-таки реальность — пусть и раритетную. Картину стоит смотреть и студентам-медикам и будущим артистам — она о человеческой сути и базовом смысле любых наших занятий.
Мать Бенджамина играет Катрин Денев — это первая после вызванного инсультом перерыва возрастная роль иконы французского кино, где она расстается с имиджем нестареющей звезды; ее убитая горем Кристал больше молчит, но в отстраненности ее героини, в ее нервной жестикуляции чувствуется, что жизнь семьи была полна катаклизмов…
Вслед за Бенуа мы в фильме проходим все этапы человеческого увядания — от безумной надежды на чудесное исцеление, от попыток вопреки всему продолжать свою рутинную жизнь — читать лекции студентам, спорить с растерянной, выбитой из колеи властной матерью, от бессильного сарказма человека, еще не принявшего неизбежное, до постепенного истончения сил и плоти, смертельной усталости от ожидания конца и уже накатившего чувства одиночества среди самых близких людей. В этих сценах камера оператора Ива Капа передает ощущение мира, съежившегося до вот этой погибающей человеческой вселенной, заполнившей весь экран, — ощущения, надо сказать, незабываемые. Хроника этой трагической одиссеи подана лаконично, но подробно, с умом, тактом и психологической глубиной.
Увы, чем ближе к трагическому финалу, тем больше теряются авторы фильма, не знающие, как завершить сюжет с заранее предрешенным концом. И они пускают в ход слишком тяжелую артиллерию, включая отсылы к аналогичным сценам умирания героя, аранжированным как бравурное музыкальное шоу в классическом фильме Боба Фосса "Весь этот джаз", явление нового юного ДиКаприо в роли брошенного австралийского сына (Оскар Морган) и явно чрезмерное количество подходящих к случаю песен. Почти документальное кино обретает все черты мелодрамы — самого востребованного у публики жанра.